Стресс зачастую является повседневным фоном нашей жизни. Справляются с внутренней напряженностью и тревожностью люди по-разному. От отдыха на диване до визитов к психологу. В числе способов уравновесить эмоциональное состояние многие называют и посещение храма. И как тут не вспомнить, что сокровищница помощи человеческой душе находится в творениях святых отцов. В той же психологии теология – один из источников психологического знания. «Я такой глубины проникновения в душу человека не встречал нигде и никогда», – писал о святоотеческих текстах известный философ и психолог Уильям Джеймс.
«Человеку невозможно всегда быть одинаковым и во всем успевать, но естественно иногда и оказаться слабее собственной силы», – говорил святитель Иоанн Златоуст. В трудах этого выдающегося святого мы можем найти ответы на многие вопросы современности.
Святитель Иоанн Златоуст: «Время скорби не то, когда зло страдаем, но когда творим зло»
Будущий архиепископ Константинопольский, один из трех Вселенских святителей, автор последования Божественной литургии Иоанн Златоуст родился в Антиохии, сейчас на этом месте – город Антакья на юго-востоке Турции. Отец будущего святителя, видный военачальник Секунд, умер еще в детстве сына. Мать Анфуса, женщина благородного происхождения, овдовев в двадцатилетнем возрасте, не стала больше выходить замуж и отдала все силы воспитанию сына. Высокий уровень ее нравственности вызывал расположение даже у язычников. Иоанн получил прекрасное светское образование, обучаясь у известных ученых наставников юношества его времени. Например, философии – у Андрагафия, а литературе, риторике – у знаменитого Ливания, который впоследствии отзывался об Иоанне как о самом лучшем ученике.
В возрасте 18 лет Иоанн занялся адвокатской практикой, добился в этой сфере блестящих успехов. Вскоре стал отказываться от сомнительных разбирательств, помогая в тех случаях, где правда была на стороне слабого. Через какое-то время, всерьез проникшись Божественным Писанием и сочинениями отцов Церкви, прервал адвокатскую практику. Святитель Мелетий, епископ Антиохийский, наставил его в вере и в 367 году крестил.
в Третьяковской галерее
Около 374–375 годов, после смерти любящей матери, Иоанн реализовал свое давнее желание – удалился в одну из монашеских обителей. Здесь в постах, бдениях и сердечных молитвах он провел около четырех лет, при этом написав немало богословских творений. Затем два года святой соблюдал полное безмолвие, находясь в уединенной пещере. Для восстановления здоровья будущий святой должен был возвратиться в Антиохию. В 381 году епископ Мелетий Антиохийский посвятил его во диакона.
Шесть лет он пробыл в сане диакона и еще десять – священником, рукоположили тридцатидевятилетнего Иоанна в 386 году. В этот период он снискал себе широкую славу, причем не только как ревностный пастырь, но и как выдающийся проповедник. За этот редкий дар он получил от паствы наименование «Златоуст».
В 397 году, после кончины Константинопольского архиепископа Нектария, Иоанна Златоуста вызвали из Антиохии в столицу, чтобы передать осиротевшую кафедру под его управление. Возведения Иоанна на Константинопольскую кафедру желал и сам император Аркадий, и лучшая часть местного духовенства, и народ. В 397 году Иоанн торжественно взошел на Константинопольский Патриарший престол.
Дело служения на новом посту оказалось весьма многотрудным. Общий нравственный уровень жителей Константинополя оставлял желать лучшего. Знать утопала в роскоши, жизнь низших слоев отличалась нищетой. Распущенность столичных нравов нашла в лице святителя обличителя. Для изменения ситуации новый предстоятель Константинопольской Церкви предпринимал самые решительные меры: обличал высшие круги, изгонял из клира священнослужителей, запятнавших себя уклонением от исполнения христианского долга, способствовал преобразованиям в сфере монашеской жизни, организовывал помощь бедноте.
При Златоусте была построена сеть приютов, ночлежек и богаделен, где людям давали не только кров, но и еду, а самым немощным обеспечивался уход. В своей резиденции Златоуст ввел жесткие правила, отменил все пиры, которые до него устраивались едва ли не ежедневно. Сам святитель вел строжайший образ жизни, был прост в общении и доступен для беседы.
Он говорил правду и добивался правды. За нее в итоге и пострадал. Так, Златоуст обвинял могущественную императрицу Евдоксию в притязаниях на виноградник одной несчастной вдовы. При покровительстве императрицы над святителем состоялся суд с клеветническими обвинениями. Святителя низложили и отправили в ссылку недалеко от Никомидии. Позднее его вернули из ссылки и восстановили в правах, но ненадолго. Через два месяца резкая реакция Иоанна Златоуста на беззакония со стороны императрицы послужила поводом для второго изгнания. В марте 404 года состоялся неправедный Собор, постановивший изгнать святого Иоанна.
Его взяли под стражу в день Пасхи прямо во время богослужения. Некоторое время Иоанн Златоуст пребывал под домашним арестом, а затем его отправили в Вифинию. Оттуда – в Кукуз, небольшое селение в Малой Армении. В Кукузе святой Иоанн провел в нужде и лишениях около трех лет. Время от времени его навещали антиохийцы. Находясь в Армении, святитель Иоанн старался укрепить своих духовных чад. В многочисленных письмах (а их сохранилось 245) епископам Азии, Африки, Европы и особенно своим друзьям в Константинополе он утешал страдающих, наставлял и поддерживал своих приверженцев.
Зимой 406 года болезнь приковала святителя Иоанна к постели. Но из столицы пришел приказ перевести его в глухой Питиус (ныне Пицунда в Абхазии), возможно, чтобы оттуда даже письма не доходили. Истощенный болезнями святитель в сопровождении конвоя три месяца в дождь и зной совершал свой последний переход. От измождения он скончался по дороге в городе Команы в 407 году, пройдя пешком более девятисот километров и сказав перед смертью свои знаменитые слова: «Слава Богу за всё».
Письма к Олимпиаде: «Видимое временно»
Даже находясь в ссылке, святитель пытался помочь многим людям. Сохранились семнадцать «Писем к Олимпиаде». Современница Иоанна Златоуста знатного происхождения, прожив в браке менее двух лет и овдовев в юном возрасте, решила остаться вдовой. Категорически отказалась от нового брака, инициируемого императором Феодосием. За отказ Олимпиады выйти замуж за родственника правителя ее лишили возможности распоряжаться своими имениями до достижения 30-летнего возраста. Решения своего Олимпиада не изменила. Когда имущество возвратили, употребила его для Церкви и нуждающихся, основала монастырь.
Олимпиаду посвятили в сан диакониссы – в Древней Церкви особый род женского служения. В совершении таинств диакониссы, к которым предъявлялись высокие нравственные требования, участия не принимали, но помогали женщинам при Крещении, готовя их к таинству и объясняя его смысл, обучали поведению в храме, исполняли поручения епископов, посещали больных и бедных женщин, следили за порядком во время служб.
Святая диаконисса Олимпиада стала духовной дочерью и помощницей святителя Иоанна Златоуста, после изгнания которого поддерживала святителя, и сама подверглась преследованиям, ссылке и заточению. Вот тогда она, оставшись оклеветанной и одинокой, испытала тяжелое уныние, и Златоуст писал Олимпиаде письма, в которых старался облегчить ее состояние. Святитель поддерживал ее до самой своей смерти в 407 году. Приводим выдержки из этих писем.
«Подлинно, уныние есть тяжкое мучение душ, некоторая неизреченная мука и наказание, горшее всякого наказания и мучения. И в самом деле, оно подобно смертоносному червю, касаясь не только плоти, но и самой души, оно – моль, поедающая не только кости, но и разум, постоянный палач, не ребра рассекающий, но разрушающий даже и силу души, непрерывная ночь, беспросветный мрак, буря, ураган, тайный жар, сжигающий сильнее всякого пламени, война без перемирия, болезнь, затемняющая многое из воспринимаемого зрением...».
Уныние есть тяжкое мучение душ, некоторая неизреченная мука и наказание, горшее всякого наказания и мучения
«Итак, не падай духом. Ведь одно только, Олимпиада, страшно, одно искушение, именно только грех… все же остальное – басня, укажешь ли ты на козни или на ненависть, или на коварство, на ложные доносы или бранные речи и обвинения, на лишение имуществ или изгнания, или заостренные мечи, или морскую бездну, или войну всей вселенной. Каково бы все это ни было, оно и временно, и скоропреходяще, и имеет место в отношении к смертному телу и нисколько не вредит трезвой душе. Потому и блаженный Павел, желая показать ничтожество радостей и печалей, приключающихся в настоящей жизни, разъяснил все одним изречением: "ибо видимое временно" (2 Кор. 4: 18)».
«Пусть не смущает тебя ничто из того, что происходит. Перестань звать на помощь то того, то другого, и гнаться за тенями (а такова человеческая помощь), но призывай непрестанно Иисуса, Которому ты служишь, чтобы Он только благоизволил – и все бедствия прекратятся в один миг. Если же ты призывала, а бедствие не устранено, то таков у Бога обычай: не сначала… удаляет бедствия, но когда они достигнут наибольшей высоты, когда усилятся, когда враждующие изольют почти всю свою злость – тогда, наконец, все сразу изменяет в состояние тишины и производит неожиданные перемены. Он может произвести не только те блага, каких мы ожидаем и надеемся (получить), но и гораздо большие и бесконечно ценнейшие».
«Если желаешь и теперь поразмыслить наряду с печальными событиями и о радостных, то увидишь много если не знамений и чудес, то во всяком случае похожего на знамения и неизреченное множество доказательств великого Промышления Божия и помощи. Но чтобы ты не все услышала от нас без всякого труда, эту часть я оставляю тебе, дабы ты тщательно собрала все (радостное) и сопоставила с печальным и, занявшись прекрасным делом, отклонила себя таким образом от уныния, потому что и отсюда ты получишь большое утешение».
«…чем это дело для тебя мучительнее, тем более считай его полезным, если переносишь с благодарностью. Ведь не только наносимые телу удары, но и страдание души приносит неизреченные венцы, и душевное страдание даже больше, чем телесное, если поражаемые переносят с благодарностью…»
«Ничто ведь, ничто не делает людей так славными и достойными удивления, и ничто так не преисполняет бесчисленных благ, как множество искушений, опасности, труды, скорби уныния, постоянные козни даже и со стороны тех, от кого никоим образом не следовало бы этого ожидать, если все это притом кротко переносится».
 И. Венкер. «Иоанн Златоуст проповедует в присутствии императрицы Евдоксии»
|
«…причина радости обыкновенно лежит не столько в природе обстоятельств, сколько в разуме людей. … многие, изобилуя богатством, считают жизнь невыносимой, а другие, живя в крайней бедности, всегда остаются радостнее всех, … люди, пользующиеся охранной стражею и славой, и честью, часто призывают проклятие на свою жизнь, а незнатные и рожденные от незнатных и никому неизвестные считают себя счастливее многих… Не падай духом, сестра, а восстань, протяни руку нашему слову и доставь нам эту прекрасную помощь, чтобы мы совершенно исхитили тебя из горького плена размышлений. Если ты не пожелаешь и сама проявить такого же усердия, какое и мы проявляем, то у нас не будет никакой пользы от лечения».
«…убеждаю твое благочестие, о чем я и всегда просил, удалять от себя уныние, прославлять Бога, что ты всегда совершала и постоянно совершаешь, принося Ему благодарение за все эти тягости и горести. Таким образом и сама ты приобретешь величайшие блага, и диаволу нанесешь смертельный удар, и нам доставишь большое утешение, и будешь в состоянии удалить облако уныния с большой легкостью и насладиться невозмутимым покоем. Итак, не ослабевай, но, освободившись от этого дыма (потому что, если захочешь, рассеешь все это уныние легче дыма), опять извести нас об этом, чтобы мы, находясь и вдали от тебя, получили от такого письма большую радость».